Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Водовоз у Александ­ровского сада. Моск­ва, I половина XIX в.

австрийскую границу; утром же на возах с яб­локами отправляли на базар в Киев, а там украинские революционеры получали все в условленном месте.

Номер «Колокола» состоял обычно из восьми страниц, но на них помещалось много статей и заметок, потому что текст размещали в два столбца и набирали очень мелким шрифтом. Чтобы легче было переправлять журнал в Рос­сию, его печатали на очень тонкой бумаге.

Герцен и его смелые помощники добились то­го, что «Колокол», запрещенный царским пра­вительством, доходил во многие города России, продавался из-под полы на Нижегородской ярмарке, попадал даже в глухие деревни.

За десять лет издания «Колокола» было вы­пущено 245 номеров. Поддерживая, ободряя и обучая молодежь, стремившуюся к борьбе с царским гнетом, Герцен воспитал не одно поколение русских революционеров.

Много десятилетий спустя, высоко оценивая революционную деятельность А. И. Герцена, В. И. Ленин так писал о нем: «Герцен первый поднял великое знамя борьбы путем обращения к массам с вольным русским словом... Герцен создал вольную русскую прессу за границей — в этом его великая заслуга. «Полярная звезда» подняла традицию декабристов. «Колокол» (1857 — 1867) встал горой за освобождение крестьян. Рабье молчание было нарушено».

Москва в 1826 году

Николай I послал в Сибирь и на виселицу декабристов, но не мог оста­новить развитие освободительных идей. Центром вольномыслия после 14 декабря становится Москва.

Тогда было две Москвы. Одна с торжеством и злорадством, другая с тревогой и болью приняла гибель декабристов. Одна Москва захлебы­валась в потоке верноподданических стихов и строчила доносы, другая

читала и прятала бесцензурные стихи и запрещенные книги, строила новые планы борьбы.

Официальная Москва встречала нового государя, который в августе должен был короноваться здесь, в старой столице. Она боялась второго «бунта». А другая Москва, в основ­ном молодая и поэтому, несмотря ни на что, веселая, сочиняла сатириче­ские стихи, рисовала карикатуры и

в письмах к родным и знакомым высмеивала и царский двор, и мест­ные власти.

Московский университет, где на одной скамье сидели дети дворян, купцов и мастеровых, был главным «рассадником крамолы».

Не испугавшись неудачи декабри­стов, Студенты Московского универ­ситета братья Критские начали созда­вать новое тайное общество и вести

444