Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

тике, географии, описания путешествий. Пере­довая молодежь в те годы страстно увлекалась сочинениями великих философов-просветите­лей. У Наполеона же рано проявилось отвра­щение к взглядам революционных писателей.

На большую и быструю карьеру по военной службе мелкопоместный дворянин с далекого, недавно приобретенного французами итальян­ского острова рассчитывать не мог. Разразив­шаяся в 1789 г. во Франции революция пле­нила его тем, что теперь его личные способ­ности могли содействовать его возвышению.

Наполеон впервые обратил на себя внима­ние, когда помог якобинцам (см. стр. 313) пода­вить мятеж, поднятый в Тулоне роялистами — сторонниками восстановления власти Бурбо­нов. Он умело расположил артиллерию и штур­мом, в котором лично участвовал и был ранен, взял господствующую над городом и портом высоту. Тулон сдался революционным войскам. Это было первое сражение, данное и выигран­ное Наполеоном. За взятие Тулона 24-летний капитан Бонапарт был произведен якобинским правительством в генералы. От 17 декабря 1793 г., когда был взят Тулон, до 18 июня 1815 г., когда побежденный император удалил­ся с покрытого трупами поля битвы при Ватер­лоо,— 22 года длилась его кровавая карьера.

Временная близость с якобинцами была для Наполеона просто-напросто тактикой карьериста. Его подлинное отношение к революционному народу видно из того, как он отнесся к втор­жению народной массы в королевский дворец Тюильри в июне 1792 г. и к свержению мо­нархии 10 августа 1792 г.

Будучи не участником восстания, а лишь посторонним свидетелем, он мог совершенно спокойно дать простор своим истинным чув­ствам. «Пойдем за этими канальями»,— ска­зал он своему спутнику, видя толпу, шедшую к королевскому дворцу. Когда, перепуганный этой грозной демонстрацией, Людовик XVI поклонился толпе из окна, Наполеон сказал с презрением: «Какой трус! Надо было смести пушками 500—600 человек — остальные разбе­жались бы!» 10 августа — в день штурма Тюильри и низвержения Людовика XVI Наполеон снова был на улице и обозвал рево­люционных повстанцев «самой гнусной чернью». Конечно, стоя в толпе и глядя на штурм Тюиль­ри, он не знал, что французский трон, с кото­рого в этот момент сгоняли Людовика XVI, тем самым очищается для него, Бонапарта, так же как и стоявшие вокруг него массы, которые восторженными криками приветствовали рождение республики, не могли подозревать, что этот незаметный, затерянный в толпе худой, маленький офицер в поношенном сюртуке заду­шит эту республику и станет самодержавным императором. Но интересно, что Наполеон уже тогда думал о пушках и картечи как наиболее подходящем способе отвечать на народные вос­стания.

Поставленный уже после падения якобин­цев, в годы Директории, во главе плохо воору­женной, раздетой и разутой армии, собранной для похода в Италию, Наполеон, забирая все нужное для армии в итальянских городах и деревнях, одержал блестящие победы над авст­рийцами (они господствовали в Италии). Это принесло ему европейскую славу полководца.

К осени 1799 г. окончательно обнаружилось, что Директория уже не имеет опоры в стране. Буржуазия была недовольна расстройством торговли и финансов. Она боялась новых на­родных волнений и мечтала о сильной власти, о диктаторе, который принесет Франции по­беды за рубежом и установит твердый внут­ренний порядок. Зажиточные крестьяне, ко­торые приобрели в период революции земли дворян, опасались, видя слабость Директории, что вернутся Бурбоны и отнимут у них земли. Неимущие массы ненавидели Директорию — правительство спекулянтов и казнокрадов.

Наполеон понял, что созрела почва для осу­ществления его замыслов. 9 ноября 1799 г. (18 брюмера по тогдашнему французскому ка­лендарю), опираясь на штыки своих гренаде­ров, он разогнал Директорию и захватил власть в свои руки.

После 18 брюмера 30-летний генерал ока­зался властителем одной из величайших евро­пейских держав. Сначала он назывался первым консулом, а в 1804 г. стал императором.

Наполеон поставил себе целью искоренить всякие воспоминания о революции. Он беспо­щадно расправился с уцелевшими якобинцами. Деспот до глубины души, он гнал всякое, даже самое отдаленное представление о свободе. За­прещено было не только писать о революции, но даже упоминать о ней или о деятелях того времени: якобы не было никакого Робеспьера, не было Марата, не было Бабёфа. Запрещено было в печати само слово «революция».

Бонапарт приказал закрыть 69 газет (из 73 существовавших во Франции), а оставшиеся 4 были поставлены под суровый надзор поли­ции. Полнейшее безмолвие царило в течение царствования Наполеона в его необъятной им­перии.

323