Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Штурм Бастилии 14 июля 1789 г. (с гравюры того времени).

Восстание 10 августа 1792 г. Народ во дворце Тюильри (с гравюры того времени).

Смерть Марата. Художник Жак Луи Давид, 1793 г.

Монументальный рельеф «Марсельеза» на Триум­фальной арке в Париже. Его создал французский скульптор Франсуа Рюд в память доброволь­цев, выступивших на защиту революции в 1792 г.

возьмет под свой бдительный надзор и заставит работать.

К несчастью, в организацию Бабёфа проник предатель и все ее руководители в мае 1796 г. были арестованы. В железных клетках их пере­везли из Парижа в маленький городок Вандом, где в течение семи месяцев шел суд над бабувистами. На суде Бабёф вел себя исключительно мужественно и стойко. Он был приговорен к смертной казни. Сын передал ему кинжал, ко­торым Бабёф и его единомышленник А. Дартэ, также приговоренный к смерти, пытались за­колоться, но неудачно.

Казнь состоялась в следующую ночь после приговора, 27 мая 1797 г.

За несколько часов до смерти Бабёф написал своей жене и детям: «Добрый вечер, друзья мои! Я готов к тому, чтобы погрузиться в вечную ночь... Не думайте, что я сожалею о том, что пожертвовал собой во имя самого прекрасного

«Марсельеза»

Весной 1792 г. в пограничном городе Страсбурге молодой офицер Руже де Лилль в одну ночь сложил слова и мелодию песни, ставшей революционным гим­ном. Торжественный и мужественный напев будил тре­вогу за родину, ненависть к тирании, поднимал и звал на борьбу. Кто-то занес новую песню в далекий Мар­сель. 500 добровольцев из Марселя прошли через всю страну на фронт. Вместе со знаменем и оружием они несли песню.

Вперед, вперед, сыны отчизны,

Для нас день славы настает!

Против нас тиранов стая

С кровавым знаменем идет!

К оружию, граждане!

Так, трепещите же, тираны,

И вы, предатели страны!

За ваши гибельные планы

Теперь ответить вы должны!

К оружию, граждане!

Париж подхватил песню, принесенную марсельцами, и дал ей имя «Марсельеза». Гимн гремел по стране, воспламеняя сердца защитников революции. Генералы доносили с фронтов: «Пришлите подкреп­ление в тысячу человек или тысячу экземпляров «Марсельезы» .

Песня, рожденная революцией, навсегда осталась с народом. После революции ее не раз запрещали, но она раздавалась каждый раз, когда народ брался за оружие. Ее звуки неслись над баррикадами Парижа в 1830 и 1848 гг., в дни Парижской коммуны. В фев­рале 1879 г. «Марсельеза» была объявлена националь­ным гимном Франции.

дела... Приятно, по крайней мере, умирать с такой чистой совестью, как у меня».

Перед объявлением приговора Бабёф попро­сил одного из своих ближайших друзей Филиппа Буонарроти, надеясь, что тот оста­нется жить, рассказать людям правду о взгля­дах и стремлениях бабувистов. В 1801 г. На­полеон отправил в ссылку почти всех оставших­ся в живых видных якобинцев и бабувистов. Последние были сосланы на острова в Индий­ском океане и погибли там в первые же недели от тропической лихорадки.

Но идеи Бабёфа не умерли. Филипп Буо­нарроти, отбывший после суда тюремное нака­зание, был одним из немногих, кто надолго пережил своих сподвижников. Он выполнил обещание, данное своему другу. Тридцать лет спустя после смерти Бабёфа Буонарроти напи­сал книгу «Заговор во имя равенства», в кото­рой рассказал о взглядах Бабёфа и об истории возглавлявшегося им движения. Из этой книги французские рабочие узнали о благородных коммунистических идеалах, за которые погиб­ли Бабёф и его товарищи.

В 30-х годах XIX в. коммунистические идеи вновь стали распространяться во Франции в рабочей среде. Книгу Буонарроти читали Маркс и Энгельс. Они увидели, что многое во взглядах бабувистов было еще политически незрелым. Бабёф говорил о бедняках вообще; среди бедняков он не выделял промышленный пролетариат — тот класс, которому суждено было возглавить борьбу за уничтожение капи­талистического строя. Это понятно. В те вре­мена во Франции еще не было крупной механи­зированной промышленности, пролетариат был еще слаб и плохо организован.

Бабёф хотел сразу после революции уста­новить полное уравнение всех граждан, чтобы все блага (продовольствие, одежда и другие) рас­пределялись между людьми труда поровну, неза­висимо от того, много или мало, хорошо или плохо работал тот или иной гражданин. Но уста­новить сразу такой порядок в условиях, когда еще нет изобилия всех продуктов, было бы неправильно и неразумно.

Критикуя Бабёфа за грубоуравнительный коммунизм, Маркс и Энгельс высоко ценили его деятельность. О коммунистическом обще­стве некоторые передовые мыслители мечтали еще до Бабёфа (см. стр. 184). Но он был первым, кто понял, что для достижения коммунизма нужно совершить революцию и установить революционную диктатуру.

321