Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

 

 

 

Братья Гракхи. Французский скульптор Гюйом. XIX в.

говорил Тиберий,— имеют норы и логовища для ночлега; люди же, которые сражаются и умирают за Италию, имеют только воздух и свет. Лишенные крова, они, как кочевники, бродят повсюду с женами и детьми... Их назы­вают владыками мира, а они не имеют ни клочка собственной земли...

Видя энтузиазм, с которым народ встречал речь Тиберия, противники передела земель не решились выступить открыто. Они уговорили другого трибуна — Марка Октавия, крупного землевладельца,— воспользоваться своим пра­вом и наложить запрет на предложение Гракха будто бы для защиты имущества римских граждан, которые купили у государства участ­ки земли и возвели на них строения.

После тщетных попыток уговорить Марка Октавия снять запрет Тиберий прибегнул к не­слыханной до сих пор мере — он поставил на народном собрании вопрос: «Может ли быть народным трибуном тот, кто идет против наро­да?» Марк Октавий был смещен, и народное собрание приняло новый земельный закон.

Этот закон подтверждал существовавшее когда-то ограничение: никто не должен обла­дать более чем 125 га государственной земли. Если в семье были взрослые сыновья, то эта норма могла быть увеличена, но не должна пре­вышать 250 га.

Излишки земли должны были быть возвра­щены в государственный фонд и переданы участ­ками по 7,5 га безземельным гражданам без права продавать землю. Для выполнения за­кона была утверждена комиссия, в которую избрали Тиберия Гракха, его брата Гая и тестя Тиберия — Аппия Клавдия.

Провести в жизнь закон Гракхов было очень трудно: за давностью нелегко было устано­вить, какая часть земли государственная, а какая — частная. Большая часть государ­ственной земли принадлежала крупным земле­владельцам, сенаторской знати. Сенаторы ста­вили Тиберию всяческие препоны, не останав­ливаясь перед убийством его друзей. Упорное сопротивление сената заставило Тиберия дей­ствовать решительнее. В это время умер царь Пергама Аттал III, завещавший Риму свое царство. Тиберий предложил употребить богат­ство Пергама на помощь беднякам, наделен­ным землей. Это вызвало ярость противников реформы. Чтобы осуществить свою программу до конца, Тиберий Гракх стал добиваться из­брания его в народные трибуны и на следующий год (132 г. до н. э.). Он обещал провести в жизнь новые законы в пользу народа.

День выборов пришелся на время жатвы, когда землепашцы не смогли явиться на выбо­ры. Тиберий обратился к городским беднякам. Они подали голоса за него. Однако сенаторы опротестовали результаты голосования. Выборы были назначены вторично. В народном собра­нии во время перевыборов произошла рукопаш­ная схватка. Враги передела земель в сенате клеветнически обвинили Тиберия Гракха в стремлении к царской власти. Часть сенаторов с вооруженной челядью во главе с верховным жрецом Сципионом Назикой ринулась на форум. Историк того времени оставил запись: «Всего было убито более трехсот человек дубинами и камнями, железом же ни один». Погиб при этом и Тиберий Гракх. Тела убитых ночью сбросили в Тибр. Многих сторонников Тиберия Гракха казнили и подвергли изгнанию без суда.

Гай Гракх, брат Тиберия, в эти страшные дни не был в Риме. И это его спасло. Гай тя­жело переживал гибель брата. Он удалился на время от политической борьбы, ожидая удоб­ного момента, чтобы выступить на политиче­ской арене. Такой момент наступил лишь через десять лет после убийства Тиберия.

К этому времени наиболее влиятельные противники реформы были в изгнании. Недо­вольство политикой сената охватывало уже широкие слои населения Рима. На борьбу под­нялись жители некоторых италийских городов, требовавшие равных с римлянами гражданских прав. В такой обстановке Гай выставил свою кандидатуру в народные трибуны в 123 г. до н. э. Видя в Гае продолжателя дела Тиберия, восхищаясь его замечательными ораторскими

100