Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

это краткие, но сильные «вспышки» эмоциональ­ных переживаний.

Интересно, однако, что аффект возникает только в конкретной ситуации. В процессе пред­видения каких-то событий аффект не возникает, хотя к этим событиям вполне возможно эмоцио­нальное отношение. В романе Л. Н. Толстого «Война и мир» юный Петя Ростов очень боялся, что в бою ему может быть страшно. Он эмо­ционально относился к будущему аффекту, т. е. страху, который он мог испытать в ходе сражения.

Причины аффектов не всегда осознаются человеком, и управлять ими чрезвычайно труд­но. Аффекты оказывают сильнейшее влияние на поведение человека; они вызывают явление, называемое «сужением сознания». Все это про­изводит впечатление, что аффекты как бы навя­заны человеку извне, поэтому об аффектах и говорят как о чем-то происходящем помимо воли человека: мне страшно, меня охватил гнев, иной овладело возмущение и т. п.

Аффекты оставляют очень глубокие следы в сознании, и в памяти эти следы вступают в прочную связь с обстановкой, в которой они были пережиты. Поэтому так часто людям, пе­ренесшим сильные потрясения, советуют «пере­менить обстановку», иначе даже мелочь способ­на оживить следы аффекта. Эмоции не обладают такой силой, как аффекты, но они могут про­должаться более длительное время. Эмоции связаны с высшими потребностями человека, они сигнализируют об отношении явлений действительности к высшим потребностям. В отличие от аффектов эмоции относятся не I только к настоящему, но и к будущему; они способны регулировать еще не совершенные че­ловеком поступки.

Самыми сложными эмоциональными процес­сами, свойственными только человеку, явля­ются чувства. Они всегда направлены на опре­деленный предмет. Не может быть любви или ненависти вообще, это обязательно любовь или ненависть к кому-то или к чему-то.

Чувства отличаются от других эмоциональ­ных процессов прежде всего своей устойчиво­стью; именно они и делают наше отношение к жизни постоянным; им, следовательно, при­надлежит важнейшая регулирующая роль в на­шем поведении. Эмоции, аффекты, настроения возникают и относительно быстро исчезают, а чувства могут сохраняться очень длительное время. Они могут вступать в конфликт с эмо­циями и всегда побеждают в этом невидимом «споре». Если нас огорчает любимый человек, мы некоторое время сердимся на него, пере­живаем отрицательную эмоцию, но при этом сохраняется и наше постоянное отношение к нему. Легче всего понять суть такого кон­фликта на следующем примере: самая любящая мать может возмутиться поступком своего ребенка, но даже и тогда она продолжает любить его. В этом примере раздражение или возмуще­ние — эмоции, а любовь — чувство, постоянное отношение.

Именно устойчивые, глубокие чувства де­лают человеческую жизнь содержательной, помогают добиваться самых высоких целей.

 

 

ЛИЧНОСТЬ

О любом из вас, наши читатели, можно ска­зать очень многое, но прежде всего то, что каж­дый — это личность, т. е. человек, на­деленный своими особыми психическими свой­ствами, познающий и преобразующий мир и занимающий определенное место среди других людей в обществе.

Никогда не было и не будет на земле чело­века, во всем подобного вам, абсолютного двойника, и эта ваша неповторимость не слу­чайна. Это одна из закономерностей развития личности. Однако человек не рождается уже готовой личностью, ею он становится постепен­но, и этот процесс занимает многие годы.

Давайте же разберемся в том, что мы пони­маем под словом «личность» и какие условия определяют ее формирование. Для этого необ­ходимо в первую очередь выяснить, кем же, если не личностью, рождается человек, с чего начинается история личности. Всякий живой организм представляет собой не сумму отдель­ных органов, а такое единство, в котором все составные части связаны между собой и зависят друг от друга. Если нарушается жиз­недеятельность какого-либо органа, то это не может не отразиться на деятельности всего организма, потому что нарушается его един­ство, сложившееся в процессе биологической эволюции.

Таким образом, всякое отдельное живое существо целостно, неделимо. Чтобы подчерк­нуть это, мы говорим, что оно есть индиви­дуум (в переводе на русский язык с латы­ни это и означает «неделимое»).

При этом даже животные одного вида могут сильно отличаться друг от друга. Посмотрите, как по-разному ведут себя совсем еще недавно родившиеся щенки. Одни подвижны, энергичны;

349

они первыми бросаются к пище, отталкивая своих робких собратьев; эти напористые ма­лыши с первых дней жизни становятся хозяе­вами положения.

На этом примере мы убеждаемся, что жи­вотное, помимо черт, общих для всего ви­да, имеет особые свойства, присущие только данному индивидууму. Это так называемые индивидуальные особенности. Они обусловлены и наследственностью, и при­жизненным влиянием окружающей среды; дру­гими словами, индивидуальные особенности — это сплав врожденных и приобретенных черт. В опытах И. П. Павлова показано, как можно сделать животное запуганным или злобным. Не менее отчетливо, чем у животных, индиви­дуальные особенности проявляются у малень­ких детей, даже у новорожденных. Значит, уже с первого дня жизни человек обладает ин­дивидуальными особенностями.

Но. можно ли говорить о личности новорож­денного? Разумеется, нельзя, так же как нель­зя говорить и о личности животного. Человек рождается, следовательно, индивидуумом, но от животных он отличается тем, что ребенок может стать личностью, а животное — никогда. Соот­ветственно, индивидуальные особенности нельзя отождествлять со свойствами личности. Поэтому ценность личности прямо не зависит, например, от свойств нервной системы, от особенностей тем­перамента.

Обладатель живого, так называемого сангвини­ческого темперамента, основу которого составляет, по учению И. П. Павлова, тип нервной системы, характеризующийся силой и подвижностью фи­зиологических процессов, как личность может быть человеком мелким, цепляющимся за при­вычное, боящимся нового.

В то же время между особенностями человека как индивидуума и его личностью имеется глу­бокая связь: ведь личность есть продукт разви­тия индивидуума. Развитие личности это про­цесс относительно медленный, и проходит немало времени, прежде чем личность достигает пол­ной зрелости. Для того чтобы индивидуум стал личностью, требуется, конечно, не только вре­мя. Он должен постоянно находиться в чело­веческом обществе, вступать с ним в те или иные отношения. Вот эта связь человек—общество и формирует прежде всего человече­скую личность. Уже к концу первого года жизни у ребенка можно легко заметить потреб­ность в общении со взрослыми. Однако извест­но немало случаев, когда дети были пол­ностью лишены возможности общаться с людьми, и результаты этого оказались поистине трагичными.

В середине XVIII в. русским императором был провозглашен двухмесячный младенец по имени Иван Антонович. Царствование его про­должалось недолго и закончилось раньше, чем император вымолвил первое слово. Придвор­ные, свергнувшие Ивана Антоновича с пре­стола, заточили его в тюрьму и продержали там много лет. Никто никогда не заговаривал с узником, он находился в полном одиноче­стве. В конце концов одиночное заключение сильно отразилось на умственных способно­стях Ивана Антоновича: он не умел говорить и производил впечатление совершенного идиота. По возрасту Иван Антонович был уже взрослым человеком, но говорить о нем как о личности, конечно, нельзя. Так же не становились лич­ностями и дети, похищенные и выкормленные животными.

В нормальных условиях человек очень рано вступает в отношения с обществом, и эти отно­шения постоянно меняются, развиваются, ста­новясь изо дня в день все более богатыми.

Хорошо известно, что в ранний период жиз­ни различные связи между ребенком и окру­жающим его миром разрозненны, ребенок не имеет единого отношения к предметам и яв­лениям действительности. Настроения быстро сменяют друг друга, потому что они ничем между собой не объединены, являются как бы взаимно независимыми. Ребенок, только что пла­кавший из-за «обиды», которую причинил ему взрослый, радостно тянется к новой игрушке; он еще продолжает время от времени всхлипывать, но это только отзвук пережитой эмоции, психоло­гически он уже полностью захвачен игрой. Другое дело — дети постарше.

Однажды ребенку лет шести взрослый дал до­вольно трудное задание. При этом ему было сказа­но, что в награду он получит вкусную конфету. Конечно, ему хотелось и выполнить задание, и по­лучить конфету. Малыш старался, но все-таки не справился с делом. Когда же взрослый вернулся в комнату, то он сделал вид, что выполнил все как нужно. Взрослый же хоть и догадался об обмане, но, чтобы не огорчать ребенка, похвалил его и дал обещанную конфету. Казалось, что, получив на­граду, ребенок обрадуется. На самом же деле про­изошло совсем другое: ребенок смутился и наконец заплакал.

Неожиданно? Нет, нисколько.

Ведь ребенок не только хотел получить конфе­ту. У него сложились отношения и к делу, что ему предстояло сделать, и к окружающим взрос-

350