Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Импульсы, идущие от «пятачка», воспринимаются большим участком мозга, чем импульсы от бедра.

рева на дерево? Руки и хвост. Хвост для нее пятая рука. Посмотрите, как цепляется она им за ветви, как регулирует движение при длинном скачке!

А у крота? Ну, конечно, обоняние! Зре­ние этого подземного животного имеет очень маленькое представительство в коре больших полушарий, но зато волокна, несущие обоня­тельные сигналы, распределяются по одной трети полушарий!

Какая же часть тела человека представлена шире всего в коре его головного мозга?

На этот вопрос ответил канадский хирург и физиолог Пенфилд. Во время операций он раздражал электрическим током отдельные точки коры головного мозга. Когда электрод прикасал­ся к точке коры верхней части передней цент­ральной извилины, вздрагивала нога. При раз­дражении другой, третьей, четвертой точек немного ниже у больного сжималась рука, двигались пальцы. Вот хирург прикасается еще ниже: к пятой, шестой, седьмой точкам — начинают дрожать губы, двигается язык, на­прягается гортань, больной издает крик. Самую большую площадь на той части поверхности человеческого мезга, которая называется дви­гательной областью коры, занимают аппараты, управляющие рукой, пальцами (особенно большим и указательным) и органами речи: языком, губами, гортанью.

Чем большее значение имеет тот или иной орган в деятельности человека, чем тоньше ана­лизирует действительность, чем разнообразнее его движения, тем больше он должен быть представлен в центральной станции управления — в коре головного мозга.

ПРАВОЕ И ЛЕВОЕ

Теперь мы подошли к самому главному. Мы знаем, где в мозге человека представлено зре­ние, слух, осязание, движение. А где форми­руется его ум, речь, воля? На этот вопрос не так легко ответить, и научное разрешение его было бы величайшим торжеством челове­ческого знания.

Вернемся ровно на столетие назад.

Мы в Париже, центре научной жизни того времени. В одной из старинных больниц рабо­тает врач-анатом Брока. Сейчас у него удиви­тельный больной. Он почти все понимает, но после заболевания лишился дара речи и на все вопросы одинаково отвечает: «Тан-тан-тан». Так и стали звать его «господин Тан-Тан» больные, а затем и врачи.

Внезапно «господин Тан-Тан» умирает. Брока вскрывает его мозг — и что же? В задней части нижней лобной извилины левого полуша­рия большое размягчение — след давнишнего кровоизлияния, полностью разрушившего эту часть мозга. «Не помещаются ли в этом участке мозга центры речевых движений?» — подумал Брока. Но для открытия мало одного наблюде­ния. Брока запасся терпением и стал ждать. Через год у него появился еще один такой больной — гос­подин Лелонг, 84 лет от роду. После удара он ли­шился речи. Так же как «господин Тан-Тан»,он многое понимает, однако произносит только какие-то нечленораздельные звуки. Но вот Лелонг уми­рает. Брока вскрывает его мозг и снова, как у «господина Тан-Тана», в том же самом месте видит размягчение — след бывшего кровоиз­лияния.

Теперь это достоверный факт, а не фантазия в духе Галля. «Центры», необходимые для рече­вых движений, лежат в задней части третьей лобной извилины левого полушария. Через несколько десятилетий это место в коре голов­ного мозга назвали «центром Брока», и это на­звание сохранилось в память большого откры­тия.

Проходит десять лет, и немецкий психиатр Вернике устанавливает еще один важный факт. Болезни пациентов Вернике и Брока во многом противоположны: больные Вернике много, хо­тя и не всегда понятно, говорят, но не понимают обращенной к ним речи.

Анатомическое вскрытие и тут привело к важной находке: у всех этих больных размяг­чение коры головного мозга произошло совсем в другом месте — в задней трети верхней ви­сочной извилины, но так же, как и у больных

264