Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

в строении организмов. Это основное положение в палеонтологии носит название закона Кова­левского.

Ковалевский прекрасно понимал значение своих палеонтологических исследований для обоснования дарвинизма. Вот что он писал Дар­вину в предисловии к одной из своих работ: «Плодотворное влияние ваших мудрых идей на все отрасли естественных наук должно было, естественно, встретить наибольший отзвук в па­леонтологии и геологии, потому что как раз в пластах Земли, таящих угасшие «звенья ве­ликой цепи», должны были бы мы искать поло­жительные, недвусмысленные доказательства в пользу основанной вами теории эволюции. Я попытался, опираясь на точные анатомические основания, представить ход этой эволюции для некоторой части животного мира и могу даже сказать, что для некоторых из главных типов наших существующих еще ныне наземных млекопитающих этот ход развития удается представить так ясно, что едва ли может оста­ваться сомнение в правильности теории эволюции.

Дальнейшее развитие и расширение уста­новленных вами основных положений, их фак­тическое обоснование ясными, недвусмыслен­ными примерами должно неизбежно способство­вать тому, чтобы направить палеонтологическую науку на новые пути, и я с уверенностью ожи­даю того близкого будущего, когда станет воз­можным представить происхождение всех существ столь же просто и ясно, как про­исхождение группы, которою я здесь за­нимался».

Первая работа Ковалевского об анхитерии и других предках лошади была напечатана на французском языке в «Записках» русской Академии наук в 1873 г. и тогда же в несколь­ко измененном виде появилась на русском язы­ке отдельной книгой. Эту работу Ковалевский представил в качестве диссертации в Петербург­ский университет, где в 1875 г. получил сте­пень магистра1.

В эти же годы он написал еще несколько работ, посвященных той же группе копыт­ных. В них он продолжал развивать свои идеи о «цепи родственных форм», ведущих к сов­ременной лошади.

Все палеонтологические труды Ковалевского написаны за границей, до возвращения в Петер­бург, в течение 5—6 лет.

Ранее Ковалевский не занимался геологией и палеонтологией. И за короткий срок, в тече­ние которого студент лишь успевает получить высшее образование, Ковалевский не только овладел новой для него специальностью, но и сделал в этой области ряд замечательных от­крытий.

Как же это могло случиться? Конечно, здесь дело не только в выдающихся способностях ученого. В научной работе ему очень помогало прекрасное знание иностранных языков. Кроме того, поистине влюбленный в науку, Ковалев­ский отличался огромным трудолюбием, упор­ством, настойчивостью и работал с неудержи­мым энтузиазмом. Все это дало Ковалевскому возможность совершить столь редкий в истории науки подвиг.

Дарвин высоко оценил исследования Кова­левского. Но в России того времени не пони­мали их значения. Даже геологи оказали его трудам холодный прием. Одесский профессор Синцов, к которому Ковалевский первоначаль­но обратился, провалил его на магистерском экзамене, как недоучившегося студента. Не встретил Ковалевский необходимой поддержки и в Московском университете, где в 1881 г. начал читать лекции студентам.

Живой, впечатлительный, он легко поддавал­ся настроениям. Его глубоко огорчило непризна­ние на родине, а к этому присоединились и служебные неприятности. Подавленный всеми невзгодами, Ковалевский не выдержал и 16 ап­реля 1883 г. покончил жизнь самоубийством. Ему исполнилось тогда всего лишь 40 лет. Это была огромная потеря для науки. Мировая слава пришла к Ковалевскому уже после смер­ти, когда его признали не только замечатель­ным продолжателем учения Дарвина, но и ге­ниальным основателем новой науки — эволю­ционной палеонтологии.

1 Магистр — ученая степень в дореволюционной России, ниже докторской, но выше нынешней канди­датской степени.

ИЛЬЯ ИЛЬИЧ МЕЧНИКОВ

В 1862 г. в редакцию московского журнала «Бюллетень московского общества испытателей природы» по почте пришел пакет из Харькова. В нем находилась рукопись «Некоторые факты из жизни инфузорий». Под статьей стояла под­пись никому не известного автора: «Илья Меч­ников». Не удивительно, что в ученых кругах о нем не знали: семнадцатилетний Мечников тогда еще только окончил гимназию, и это была его первая научная работа. Статья появилась лишь три года спустя, в дополнительном вы­пуске другого журнала — «Вестник естествен­ных наук». Так начал свою деятельность зна­менитый биолог-дарвинист, впоследствии прославивший свое имя блестящими научными открытиями.

Родился Мечников в 1845 г. Девятнадцати лет он окончил Харьковский университет. К этому времени у него уже имелось несколько печатных работ.

После окончания университета Мечников уехал за границу. Там он познакомился со многими известными учеными и продолжал об­разование, работая в крупнейших биологиче­ских лабораториях. В 1867 г., после трехлет­него пребывания за границей, Мечников вер­нулся на родину. Он привез прекрасно выпол­ненные научные работы по зоологии и среди них — готовую диссертацию, которую защитил в том же году в Петербургском университете. Ему была присуждена ученая степень магистра.

Через- год он уже был доктором зоологии, доцентом Петербургского университета. Так, в 23 года Мечников стал известным ученым. Вскоре за выдающиеся исследования он полу­чил от Академии наук премию имени Карла Бэра1. «Я радуюсь вашей энергии и способ­ностям,— писал ему Бэр в 1868 г.,— и наде­юсь, что вы доставите честь вашему отече­ству».

В Петербурге молодой ученый оставался не­долго. В 1869 г. он снова уехал за границу, где работал с небольшими перерывами два го­да — главным образом в Италии. Когда он вернулся на родину, его избрали профессором университета в Одессе.

Чем же Мечников занимался все это время и почему он постоянно стремился за границу?

ЕДИНСТВО ЗАРОДЫШЕВОГО РАЗВИТИЯ

Дело в том, что он главным образом изучал зародышевое развитие беспозвоночных морских животных, встречающихся в теплых морях. Для этих исследований были необходимы только све­жие или, лучше, живые организмы. Поэтому-то ученому и приходилось подолгу работать в Неа­поле, Мессине и других местах Средиземномор­ского побережья.

Мечников выбирал и исследовал множество губок, медуз, иглокожих, червей, моллюсков, Он решил доказать сходство в развитии самых различных животных на примерах зародыше­вого развития беспозвоночных.

Такие исследования были очень нужны, по­тому что они подтверждали правильность уче­ния Дарвина о единстве происхождения живот­ного мира. Кропотливыми изысканиями среди большого количества видов Мечников доказал, что Дарвин был прав: животных нельзя рас­сматривать как отдельные, независимые формы. Все они, несмотря на большое разнообразие, связаны родством, у всех у них общие предки. Поэтому животные и развиваются сходно и на ранних ступенях развития оказываются похо­жими друг на друга.

У Мечникова был большой друг — Алек­сандр Ковалевский, который работал в этой же области науки (см. ст. «Александр Онуфриевич

Илья Ильич Мечников в своей лаборатории.

1 Карл Бэр, академик Петербургской академии наук, был одним из крупнейших биологов того вре­мени.

441