Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.
Кликните здесь если вам нужны столы для офиса.

отделено от нас временем. А живая телевизион­ная передача рождается в тот момент, когда мы ее смотрим у своих телевизоров. Актеры играют перед студийными телекамерами, одно­временно в режиссерской аппаратной идет мон­таж — и режиссер из нескольких вариантов изображений, которые видит на экранах, тут же, на ходу, отбирает то, которое через несколь­ко секунд будет послано в эфир и принято мил­лионами кинескопов.

Телевидение, в отличие от кино, не может так смело распоряжаться пространством, сжи­мать и растягивать время, его изображение не столь многопланово, но ему и не следует стре­миться к этому. Мир телевизионного изображе­ния — это мир живого, сиюминутного действия, крупного плана. Не на столкновении заранее снятых кадров, а на живом, непрерывном актерском переживании строится действие. Телевизионные камеры (их не­сколько) наблюдают за актером, не мешая ему.

Если сравнивать кино- и телеизображение, то и тут можно найти очень важные различия. Кино родилось немым. Киноизображение с са­мого начала было главным средством выраже­ния мысли, идей, эмоций в кинематографе. А первых телезрителей даже называли радио­зрителями. Телевидение состоит в тесном род­стве с искусством звучащего слова. Изображение в телевидении обычно не играет той главенст­вующей, подавляющей роли, которая принад­лежит ему в кинематографе.

Кадр из телефильма «Ираклий Андроников рассказывает»

Отличается телевидение от кино и по ха­рактеру восприятия: кинематограф — зрелище для больших аудиторий, а телевизионная пере­дача адресуется отдельному человеку...

Кино многое почерпнуло из тысячелетнего опыта театра, но телевидение в определенном смысле ближе к театру, чем кинематограф. «В одном и, быть может, наиважнейшем смысле зритель театра и зритель телевидения находятся в равном положении — и тот и другой ощу­щают себя присутствующими при зрелище, ко­торое возникает в данный момент... Оба они свидетели и сопереживатели вот этого — сегод­няшнего спектакля, который никогда уже в точ­ности не повторится, они соучастники самого процесса его рождения...» (В. Сапак, «Телеви­дение и мы»).

Различие между телевизионным и театраль­ным действием заключается в том, что в театре обычно мы сразу видим всю сцену, целую кар­тину, ограниченную рампой. Телевизионный экран дает последовательную смену изображе­ний: общие планы чередуются со средними и крупными, мы словно рассматриваем отдель­ные детали, останавливая свое внимание то на одной, то на другой. Телекамера (в этом ее сходство с кинокамерой) активно следит за действием, меняя планы, ракурсы, ритм.

Но это вовсе не значит, что телевизионное искусство — результат простого арифметиче­ского сложения разных свойств других искусств. И не правы те, кто обвиняет новую музу в «пи­ратстве».

Для нашего времени вооб­ще характерно стремление ис­кусств к синтезу, к обмену вы­разительными средствами. По­граничные знаки между раз­ными видами искусства пере­двигаются у нас на глазах. Ки­но, театр, литература изменяют свой язык, пользуясь опытом друг друга. Телевидение, толь­ко начав ощущать себя искус­ством, сразу включилось в этот всеобщий процесс. Как эстети­ческое явление оно интересно как раз зримым, ежедневным воплощением тенденций разных искусств к синтезу.

Однако искусства стремятся не только к сближению, но и к самоутверждению, к обособ­лению. Говоря об особенностях искусства телевидения, нельзя

618