Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

М. Дорваль в роли Марион Делорм. «Марион Делорм» В. Гюго. Театр «Порт-Сен-Мартен». Париж.

ской театральной культуры Франции. В этих театрах играли для народа.

Искусство актеров французских демократи­ческих театров Фредерика-Леметра (1800—1876; см. ст. «Фредерик-Леметр»), Мари Дорваль (1798—1849), Пьера Бокажа (1799—1862) и дру­гих было отмечено глубокой поэзией, человеч­ностью, поднималось до страстной защиты на­рода, до гневного обличения буржуазной жиз­ни, где все подчинено наживе.

С проникновенной силой играла Мари Дорваль женщин из народа и героинь, борющих­ся за свою любовь, за близких людей, за право на счастье. Одним из чудесных ее созданий была героиня драмы Гюго Марион Делорм (см. т. 11 ДЭ, ст. «Виктор Гюго»).

За десятилетие перед революцией 1848 г. Элиза Рашель (1821 —1858) возродила героиче­ские традиции классицизма, вместе с тем вос­приняв пламенность, страстную искренность романтических актеров (см. ст. «Элиза Рашель»). Самое прекрасное и вдохновенное выражение ее искусства —«Марсельеза», которую она чи­тала со сцены в дни революции.

В Италии, где в течение многих десятилетий шла борьба против австрийского владычества, появилось поколение драматургов и актеров, которые были не только театральными деяте­лями, но и бойцами, революционерами-карбо­нариями. Здесь родилось политически страст­ное, героическое искусство итальянских акте-

ров Густаво Модена (1803—1861) и Аделаиды Ристори (1822—1906).

В борьбе за национальную независимость складывался театр и в тех странах Европы, где долгое время захватчики препятствовали разви­тию национальной культуры.

Венгерский народ сохранил в памяти вдох­новенный образ актера Габора Эгрешши (1808— 1866), который в дни революции 1848 г. читал на площади Будапешта перед огромной толпой народа гимн венгерской революции — «Нацио­нальную песнь» Ш. Петефи.

Искусство романтических актеров необы­чайно обогатило театр. Романтики принесли на сцену свободную, текучую, всегда разнооб­разную речь, взволнованный выразительный жест. Теперь они играли не одних только коро­лей да вельмож, но и ремесленников, купцов, крестьян, рабочих, чиновников. Желание прав­диво передать бурные, противоречивые страс­ти, напряженную, бьющуюся над сложными вопросами мысль и показать на сцене неповто­римое своеобразие каждого человека — все это сообщало игре актеров романтического театра глубокую искренность. Теперь главным стано­вится требование перевоплощения, т. е. воссоз­дания на сцене живого человека, с его особен­ным характером и присущим ему поведением.

Романтический театр во многом подготовил сценический реализм. Великие ро­мантические актеры создавали порой замеча­тельные реалистические образы. Таким был образ хищника-буржуа, созданный великолеп­ным артистом Фредериком-Леметром в комедии «Робер Макер», одним из авторов которой был и он (см. ст. «Фредерик-Леметр»).

В первой половине XIX в. расцвело и реа­листическое искусство замечательного немец­кого мастера Карла Зейдельмана (1793—1843), любимого актера К. Маркса. Играя Мефисто­феля в «Фаусте» или Карлоса в «Клавиго» Гёте, Шейлока в «Венецианском купце» Шекспира, Маринелли в «Эмилии Галотти» Лессинга, он поражал острым умом, художественной сме­лостью, силой художественных обобщений.

После поражения революции 1848—1849 гг. со сцены надолго изгоняется всякая свободная, протестующая мысль. В репертуаре снова глав­ное место занимает драматургия, восхваляю­щая буржуазный образ жизни. На творчестве многих актеров заметно сказался отрыв театра от большой литературы, от передовых идей эпохи. И все-таки выдающиеся актеры продол­жали нести в своем искусстве светлые идеалы человечности, искать могучие характеры и вы-

487