Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Кара Караев. Портрет работы Т. Салахова. 1961.

и оперу «Вэтэн» («Родина», 1945) — о геро­изме воинов в борьбе с фашистскими захват­чиками — совместно с композитором Джевдетом Гаджиевым.

Уже тогда музыку Караева отличало естест­венное сочетание ярких черт народного твор­чества Азербайджана с богатейшими тради­циями русской и мировой музыкальной куль­туры. Такова, например, его замечательная поэма «Лейли и Меджнун» (1947) — симфоническая легенда о пламенной любви, загубленной жестокими феодальными обычаями и предрассудками. В этой музыке, созданной на национальной основе, ясно ощущается воз­действие симфонического мастерства Чайков­ского.

Особого успеха Караев достиг в своих ба­летах. Продолжая традиции Прокофьева и дру­гих виднейших советских мастеров, он смело обогащает балетную музыку глубиной музы­кальной мысли, образной мощью и многогран­ностью современного симфонизма.

Фантастический сюжет «Семи красавиц» (1952) заимствован из поэмы великого азербайджанского поэта XII в. Низами. В этом сюжете все кажется будто нарочно созданным для эффектного балетного представления: роман­тическая яркость образов, безмерная широта сказочной фантазии, причудливая экзотическая атмосфера Древнего Востока.

Композитор резко сталкивает в своей му­зыке два мира образов: с одной стороны —возвышенный и благородный мир людей из народа, с другой — мир вла­сти, произвола, зла, воплощен­ный в образах шаха Бахрама и его приближенного — жесто­кого Визиря. Музыкальные картины балета покоряют своей щедрой красочностью. Поражает ослепительной ор­кестровой роскошью одна из центральных сцен балета — танцы семи восточных кра­савиц...

В другом своем балете — «Тропою грома» (1958) — Караев обратился к совер­шенно иному сюжету, взято­му из современной зарубеж­ной литературы. Его увлек роман писателя-негра Питера Абрахамса «Тропою грома», где гневно осуждаются изде­вательства белых колониза­торов над негритянским населением Южной Африки. Никогда еще, пожалуй, на балетной сцене не ставилось произведение, проникну­тое столь современным, политически действен­ным содержанием. Любовь молодого негритян­ского учителя к белой девушке вызывает ярость и злобу в среде белых. Озверевшая банда фермеров убивает влюбленных. Но их гибель воспринимается как смелый призыв к борьбе за свободу и равенство всех наций и рас на всей земле.

Если в «Семи красавицах» Караев опирался на азербайджанскую народную музыку, то в балете «Тропою грома» он широко исполь­зовал интонации и ритмы африканского фоль­клора. Разнообразные пляски негров — то на­смешливо-озорные, то бурные, страстные, а так­же лирические сцены противопоставлены цере­монным танцам спесивых голландских помещи­ков.

В произведениях последнего десятилетия Ка­раев смело обращается к музыке различных народов, разрабатывая испанские мотивы (в му­зыке к фильму «Дон Кихот»), албанский фоль­клор (в «Албанской рапсодии» для оркестра), а также элементы джазовой музыки американ­ских негров (в трех ноктюрнах для голоса и джаза).

В Третьей симфонии (1964) ком­позитор ищет новые средства музыкального вы­ражения, обогащая свою музыкальную палит­ру, но не теряя органических связей с родным азербайджанским фольклором.

459