Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Джордж Гершвин.

это вновь», «Тот, кого я люблю» звучат се­годня так же свежо и привлекательно, как и полвека назад.

В начале 20-х годов мелодии его популярных песен завоевывают и Западную Европу. Тем большим сюрпризом оказывается для всех его первое большое про­изведение для фортепиа­но с оркестром—«Рапсодия в голубом» (иногда называемая еще «Рапсодия в стиле блюз», 1924). По сло­вам самого Гершвина, рапсодия представля­лась ему чем-то вроде музыкального калейдо­скопа Америки: в ней сплавились и лихора­дочно-нервные темпы городской жизни, и про­стор невозмутимо спокойных прерий, и язви­тельная насмешка джазовых танцев, и печаль негритянских блюзов. На первом исполнении рапсодии присутствовали Сергей Рахманинов (см. ст. «С. В. Рахманинов»), Игорь Стравин­ский (см. ст. «Русские композиторы конца XIX— начала XX в.»), всемирно известные скрипачи Яша Хейфец и Фриц Крейслер, дирижер Лео­польд Стоковский и многие другие. Это был подлинный триумф композитора.

Друзья советуют Гершвину работать над созданием произведений крупного жанра, и он садится за учебники, чтобы подучиться теоре­тическим основам композиции. Два года спустя появляется концерт фа мажор для

фортепиано и оркестра, значи­тельно более строгий по форме, но, как и рап­содия, проникнутый остроритмическим дви­жением джаза.

Балетная пьеса «Американец в Париже» (1928), навеянная впечатлениями от фран­цузской столицы, Вторая рапсодия (1931), «Кубинская увертюра» (1932), родившаяся по­сле посещения Зеленого острова в Карибском море, утвердили за Гершвином репутацию вы­дающегося мастера в им же самим созданном жанре современной инструментальной музыки.

Последнее, самое значительное и совершен­ное произведение Гершвина — народная опера «Порги и Бесс» (1935). «Порги и Бесс» — повествование о народе, — говорил компози­тор,— его персонажи поют народную музыку». Действие оперы происходит в бедном негри­тянском поселке на берегу Мексиканского за­лива. Калека-нищий Порги горячо любит кра­савицу Бесс, в тяжелую для нее минуту он предлагает ей свой кров и свое сердце. Но мир, в котором живут герои, слишком жесток и ко­варен — насилия и убийства, ложь и предатель­ство нарушают их счастье. Обманутая и запу­ганная, Бесс уезжает, однако Порги отказы­вается смириться с ударами судьбы и решает во что бы то ни стало разыскать свою подругу.

Премьера оперы окончилась полным про­валом — нью-йоркская публика не сумела вос­принять жизненную силу и поэтичность новых музыкально-драматургических образов.

Лишь после смерти Гершвина (он скончался неожиданно, в возрасте 39 лет, в период на­пряженной работы над осуществлением своих новых замыслов) его опера «Порги и Бесс» была признана величайшим произведением американ­ской музыки, уходящим своими корнями в глу­бины народного творчества.

Песни американских негров

У негров, увезенных в рабство в Америку, единственным, но всеобъ­емлющим средством выражения их чувств, мыслей, горя, радости, стра­даний и надежд стала музыка. Хозяе­ва разрешили им петь одни только религиозные гимны и псалмы, но биб­лейские тексты и молитвенные инто­нации оказались лишь внешней обо­лочкой, скрывавшей голоса протеста и гордость побежденных, но не слом­ленных духом людей.

Музыкальная ткань спири­чуэле — духовных песнопений — представляла собой самое причудли­вое переплетение европейских мелодий и африканских ритмов. Исполнение спиричуэле, во время которого каждый участник может добавлять импровизи­рованные слова и обороты мелодии, проходило в атмосфере коллективного музыкально-поэтического творчества. Много негритянских рабочих пе­сен возникло во второй половине

XIX в., когда в Америке началось строительство широкой сети шоссей­ных и железных дорог. Услышав про­тяжный запев своего старосты, чер­нокожие землекопы и рельсоукладчи­ки поднимали вверх кирки и молоты и секундой позже обрушивали их вниз, сопровождая удар ответным хоровым выкриком. Несколько мгно­вений они отдыхали, а затем, вслед за новым призывным возгласом, сно­ва преображались в бросок напряжен-

404