Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

Так, делая вещи, трудясь, человек изменяет мир, приспосабливает его к своим потребно­стям, к своим мечтам о прекрасной жизни. И вещи, которые он делает, меняются вместе с его представлениями об этой жизни и о том, что может сделать ее удобной, радостной, счастли­вой. Вот почему вещи могут рассказать нам не только об изобретательности своих созда­телей, об их технических достижениях и науч­ных знаниях, но и об их мечтах и надеждах, об их духовном мире. И потому вещи, предна­значенные служить людям в быту, в повседнев­ной жизни, становятся произведениями искус­ства и иногда, как картины или статуи, тоже попадают в музеи.

Много веков главным признаком счастливой жизни считалось богатство. Вещи, которые го­ворили о богатстве владельцев, казались осо­бенно привлекательными, красивыми. В кре­стьянской избе ели из глиняной или деревян­ной миски, в королевском дворце — из сереб­ряной посуды. Серебро — дорогой металл. Но серебряная посуда дорога еще и потому, что в ее изготовление вкладывалось особенно мно­го труда. Вот, например, суповая чаша из «Парижского сервиза» императрицы Елизаветы Петровны. Знаменитый французский ювелир Франсуа Жермен придал ей причуд­ливую, сложную форму. Вместо ручек он при­крепил к ней фигурки играющих детей, пышный герб окружил тяжелыми гирляндами.

Суповая чаша сделана не для музея. В ней подавали на стол суп во время парадных обедов во дворце. Но, увидев ее теперь в залах Эрми­тажа, среди картин и статуй, вы не удивитесь,— сразу видно, что это произведение большого искусства. Ну а простая деревенская миска, сделанная народным мастером-крестьянином? Рядом с серебряной чашей она может показать­ся такой простой и грубой... Неужели это тоже искусство?

Не торопитесь искать красоту только там, где есть богатство и пышность. Вещь из деше­вого материала может быть не менее красивой, если она сделана умело и с любовью. Вот на вращающемся гончарном круге из комка мяг­кой глины вырастают, плавно изгибаясь под умелыми пальцами гончара, тонкие стенки ча­ши. Глина податлива, легко принимает любую форму. Нужно только правильно найти эту упругую и мягкую линию изгиба стенок. И гончар находит ее и снимает с круга готовую миску. Высушенная и обожженная, покрытая блестящей глазурью, глина, становясь твер­дой и легкой, навсегда закрепляет найденную

форму. Простота и точность этой формы, не скры­тая никакими налепленными украшениями, так же ясно говорит об искусстве деревенского мастера, как вычурная сложность серебряной чаши об искусстве придворного ювелира.

Впрочем, народные мастера тоже любят яркие, нарядные вещи. И на стенках глиняной миски гончар часто рисует широкими, как буд­то небрежными мазками кисти сказочных птиц или фантастические цветы (см. ст. «Народное изобразительное искусство»). В самых разных видах прикладного искусства мы встречаемся с этим стремлением украсить уже готовую вещь, обогатить ее цветом, рисунком, узором.

Узор, орнамент — в сущности особый вид искусства, но он редко существует самостоятель­но. Обычно он лишь дополняет архитектуру или прикладное искусство. Орнамент делает вещь сложнее и богаче, выделяет ее среди дру­гих, останавливает взгляд, заставляет полю­боваться не только всей вещью в целом, но и ее частями — резными ножками кресла, вы­шитыми рукавами платья.

Но яркая роспись может подчеркнуть кра­соту чистого белого фарфора, а может и совсем скрыть ее. Слишком богатая резьба на мебели помешает любоваться красотой самого дерева, тонким естественным узором его слоев. Слиш­ком сложная лепка или пестрая роспись на вазе не позволит увидеть красоту ее фор­мы. А главное, никакие украшения не сде­лают красивой неуклюжую, неудобную вещь плохой формы. « Ты не умел сделать красиво и потому сделал богато», — говорили древние греки. Показное богатство не заменяет красоты.

Вот вазочка, сделанная из прозрачной, лег­кой пластмассы. Но по форме, украшениям и резьбе она почти не отличается от тяжелых, дорогих хрустальных ваз. Дешевая вещь как будто притворяется дорогой, пластмассовая вазочка — хрустальной. Издали она еще может обмануть глаз, но возьмите ее в руки, и обман рассеется. Пластмасса не похожа на хрусталь. Легкая и упругая, она лишена его блеска и твердости. Напрасно художник украсил ее сложными угловатыми гранями, которые на хрустале дробят свет, переливаясь всеми цве­тами радуги, — у пластмассы нет и этого свой­ства хрусталя!

А могут ли пластмассовые вещи быть по-настоящему красивыми, не подделываясь под уже знакомые нам формы глиняных, стеклян­ных, металлических вещей? Вот простая пласт­массовая масленка — гладкая, с мягко изги­бающейся прозрачной крышкой. Она скромна,

54