Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

ратура ловит голоса вселенной, отыскивая сигналы инопланетных цивилизаций.

Перед научно-фантастической литерату­рой открыты совсем новые перспективы. Она с особенной уверенностью может предвосхи­щать новые победы науки и осмысливать, что они несут человечеству, как они скажутся на общественном строе, на жизни людей.

Научная теория коммунизма помогает писателям более ясно предугадывать пути об­щественного развития, предсказывать, как будет развиваться человеческая личность.

Имена виднейших представителей научно-фантастической литературы широко известны во всем мире.

Следует ясно представлять себе те твор­ческие трудности, которые встают перед писа­телями, работающими в этой области. С одной стороны, они должны стоять на уровне совре­менной научной разработки тех проблем, которым посвящены их произведения. С дру­гой — они должны владеть мастерством изобра­жения человеческих характеров и отношений, без чего не может быть полноценным худо­жественное произведение. Не случайно мно­гие писатели-фантасты сами непосредственно участвуют в научной работе (ученым, акаде­миком был В. А. Обручев, автор научно-фанта­стических романов «Плутония» и «Земля Санникова», А. Кларк, Ф. Хойл, Б. Стругацкий— астрономы, А. Азимов — биохимик, И. Еф­ремов — палеонтолог, Ч. Оливер — антропо­лог, У. Морисон, М. Емцев, Я. Парнов — химики, А. Днепров — кандидат физико-ма­тематических наук и т. д.).

Наука и научно-фантастическая литера-

Иллюстрация Ю. Смородина к рассказу Р. Брэдбери «Нескон­чаемый дождь».

тура как бы переплетаются между собой. Поучительны слова И. Ефремова в его пре­дисловии к роману «Туманность Андромеды»: «Еще не была закончена первая публикация этого романа в журнале, а искусственные спутники уже начали облет нашей планеты... Еще в процессе писания я изменял время дей­ствия в сторону его приближения к нашей эпохе. Сначала мне казалось, что гигантские преобразования планеты и жизни, описанные в романе, не могут быть осуществлены ранее, чем через три тысячи лет. Я исходил в расчетах из общей истории человечества, но не учел темпов ускорения технического прогресса и главным образом тех гигантских возможно­стей, практически почти беспредельного могу­щества, которое даст человечеству коммуни­стическое общество.

При доработке романа я сократил наме­ченный сначала срок на тысячелетие. Но за­пуск искусственных спутников Земли под­сказывает мне, что события романа могли бы совершиться еще раньше. Поэтому все определенные даты в «Туманности Андромеды» изменены на такие, в которые сам читатель вложит свое понимание и предчувствие вре­мени».

Прошло менее десяти лет, а уже на очере­ди, можно сказать, высадка человека на Луне, и, стало быть, опять можно задуматься о но­вых сроках исполнения мечты писателя.

Понятно, что перед научно-фантастиче­ской литературой стоит столько многообраз­ных задач и вопросов, что в решении их она может идти в различных направлениях.

Американский писатель X. Гернсбек гово­рит в предисловии к своему роману «Ральф 124С41 +» (1911), что он должен «рассказать читателю о будущем с точностью, совмести­мой с современным поразительным развитием науки. Автору хочется особо обратить вни­мание читателя на то обстоятельство, что, хотя многие изобретения и события... могут показаться ему странными и невероятными, они не невозможны и не выходят за пределы досягаемости науки».

А вот как определяет свои цели такой вы­дающийся американский писатель — Р. Брэдбе­ри: «Техническая сторона научной фантасти­ки интересовала меня неизмеримо меньше, чем связанные с ней моральные и социальные вопросы — влияние техники на отношения между людьми».

Другое направление творческих интересов у такого крупного писателя, как С. Лем. В том

500