Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

«Она вышла из города и вдруг увидела себя на берегу глубоко­го пруда, под тению древних дубов, которые за несколько не­дель перед тем были безмолвными свидетелями ее восторгов». Иллюстрация Б. М. Десницкого к повести Н. М. Карамзи­на «Бедная Лиза».

очень важную, но совсем иную роль в разви­тии русской литературы. Это были «Письма русского путешественника» молодого писате­ля Николая Михайловича Карамзина.

Карамзин, хотя и был значительно моложе Радищева, принадлежал к той же эпохе рус­ской жизни и литературы. Обоих глубоко вол­новали одни и те же события современности. Оба были писателями-новаторами. Оба стре­мились свести литературу с отвлеченно-ми­фологических высот классицизма, изобра­зить реальную русскую жизнь. Однако по свое­му мировоззрению они резко отличались друг от друга; непохожа, а во многом прямо проти­воположна была и оценка ими действительности. Поэтому столь различно и все их творчество.

Сын небогатого симбирского помещика, вос­питанник иностранных пансионов, недолгое время офицер столичного гвардейского полка, Карамзин нашел свое истинное призвание, лишь выйдя в отставку и сблизившись с основателем «Типографической компании» Н. И. Новико­вым него кружком (см. ст. «Н. И. Новиков»). Под руководством Новикова Карамзин участву­ет в издании первого в нашей стране дет­ского журнала «Детское чтение для сердца и разума».

В 1789 г. Карамзин путешествует по стра­нам Западной Европы. Поездка и послужила ему материалом для «Писем русского путе­шественника» (1791). В русской литературе еще не было книги, которая так живо и содер­жательно рассказывала бы о быте и нравах европейских народов, о западной культуре. Карамзин описывает свои знакомства и встречи с выдающимися деятелями европейской науки и литературы; восторженно рассказывает о посещении сокровищниц мирового искусства — Дрезденской картинной галереи, дворца и са­дов Версаля, Вестминстерского аббатства в Лондоне. Пытливое внимание писателя при­влекает общественная жизнь народов Запад­ной Европы. Своего рода откровением для рус­ских читателей были встречающиеся в «Пись­мах...» Карамзина тонкие и поэтичные зари­совки природы, окрашенные, как и все в «Пись­мах...», настроением «чувствительного путе­шественника».

Особую чуткость сердца, «чувствительность» (сентиментальность), Карамзин считал основ­ным качеством, необходимым для писателя. Повышенное внимание к своим чувствам и пе­реживаниям, своего рода любование ими да­ют себя знать и в его «Письмах русского путе­шественника». В заключительных словах «Пи­сем...», обращаясь к своим друзьям, Карамзин как бы намечал программу своей последующей литературной деятельности: «А вы, любезные, скорее приготовьте мне опрятную хижинку, в которой я мог бы на свободе веселиться ки­тайскими тенями моего воображения, грус­тить с моим сердцем и утешаться с друзьями».

«Чувствительности» придавал важнейшее значение и Радищев. Но в его «Путешествии из Петербурга в Москву» она перерастала в грозное и гневное чувство социального воз­мущения, протеста, становилась высоким ре­волюционным пафосом. Чувствительность Ка­рамзина, напуганного французской револю­цией, которую он ощущал как предвестие «всемирного мятежа», в конечном счете уво­дила его от русской действительности в мир сентиментального воображения.

Вернувшись на родину, Карамзин присту­пил к изданию «Московского журнала». По­мимо «Писем русского путешественника», в нем были опубликованы его повести из русской жизни — «Бедная Лиза», «Наталья — бояр­ская дочь» и очерк «Фрол Силин». В этих про­изведениях с наибольшей силой выразились основные черты сентиментализма Карамзина и его школы.

Как и Радищев, Карамзин выводит в своих повестях крестьян, но сам характер изобра-

246