Детская энциклопедия
Том 1. Земля. Том 4. Растения и животные. Том 7. Человек. Том 10. Зарубежные страны.
Том 2. Мир небесных тел. Числа и фигуры. Том 5. Техника и производство. Том 8. Из истории человеческого общества. Том 11. Язык. Художественная литература.
Том 3. Вещество и энергия. Том 6. Сельское хозяйство. Том 9. Наша советская Родина. Том 12. Искусство.

вости окружающего мира, перед которым роман­тики часто чувствовали себя растерянно.

Бальзак справедливо видел свою задачу не только в том, чтобы стать «смелым изобрази­телем человеческих типов», «счетчиком профес­сий», «летописцем добра и зла», а в том, чтобы «уловить скрытый смысл огромного скопища типов, страстей и событий».

Романтики в свое время открыли Шекспира. Но Гюго, например, отмечал у Шекспира сме­шение комического и трагического, контрасты добра и зла.

В борьбе против строгих норм классициз­ма романтики особо выделяли свободную форму пьес Шекспира.

Реалист Стендаль видит величие Шекспира в мастерстве изображения больших стра­стей, в умении создавать мощные характеры, показывать столкновение противоборствую­щих сил.

Об этом Стендаль писал в трактате «Расин и Шекспир» (1822). Убедительно показывая, что классицизм Расина устарел, он ратовал за искусство большой правды — за реализм.

Реализм XIX в. мы называем критиче­ским. Энгельс отметил главные его черты: верность деталей, типичность характеров, ти­пичность обстоятельств.

Романтики чаще всего изображали исклю­чительных героев в необычных обстоятельствах. Реалисты XIX в. с почти научной точностью исследуют связь человека с окружающей сре­дой. Типичный характер — это социальный характер. Вкусы человека, его интересы и стремления, его взгляды на мир обусловлены особенностями среды, в которой он вырос и живет.

Романтики отвергали современное зло, но нередко изображали его вообще, как говорится, абстрактно. Борьба между добром и злом идет во многих романах В. Гюго и Ж. Санд. Реали­сты XIX в.: Диккенс, Теккерей, Стендаль, Баль­зак — раскрыли социальный смысл зла; они поняли, что зло не существует вообще, оно в буржуазном образе жизни, в материаль­ной зависимости человека.

Читателю становится ясно, что, например, владелец фирмы «Домби и сын» в одноименном романе Диккенса был таким черствым и бес­сердечным не по природе своей, таким его сде­лали деньги, честолюбие собственника, думаю­щего только об умножении своих богатств.

Победа реализма в XIX в., конечно, не мог­ла быть простым возвращением к художествен­ной манере реалистов-просветителей XVIII в.

Просветителям казалось, что победа челове­ческого разума, распространение культуры, про­свещение приведут к устранению всякого зла на земле. Реалисты XIX в. трезвее, беспо­щаднее и точнее изображали жизнь. Там, где просветители видели борьбу разума и невеже­ства, писатели XIX в. обнаруживали клас­совую борьбу. Правда, они не создавали уже таких героических образов, как Робинзон Крузо или Фауст. Но романтики научили их тоньше, богаче изображать человеческую личность. Человек предстал во всей сложности и противо­речивости своего душевного мира. Особенно велика здесь заслуга Стендаля, замечательного реалиста-психолога, у которого немало почерп­нул Л. Н. Толстой.

Современная зарубежная литература многи­ми нитями связана с традициями романтизма и реализма XIX в.

ПИСАТЕЛИ АНГЛИИ

В английской литературе конца XVIII— начала XIX в. возникло новое течение — ро­мантизм. В лиро-эпических поэмах и лириче­ских драмах Байрона и Шелли предстали обра­зы невиданных ранее романтических героев — бунтарей против несправедливых обществен­ных порядков, людей горячего сердца, бурных, титанических страстей.

В этих произведениях были глубокие раз­думья о судьбах человечества.

ДЖОРДЖ БАЙРОН (1788—1824)

Джордж Гордон Байрон родился за год до французской революции, но его творче­ская жизнь совпала с годами реакции, кото­рая пыталась вытравить из памяти людей идеи свободы, равенства и братства, провозглашен­ные революционным французским народом. Однако сопротивление демократических сил непрерывно усиливалось. Волна национально-

156